Панорама города в большом масштабе
Архангельск
Город воинской славы
Версия для слабовидящих 
Новости за :
75-летию школы Соловецких юнг посвящается
13 апреля 2017 г. четверг, 09:50:58

Машинист Владимир Колпаков до сих пор помнит грохот бомбежек в портах и опасность проводки Арктических конвоев.

 Владимир Александрович Колпаков родился в 1927 году в Каргополе Архангельской губернии. В 1933 году семью Колпаковых переселили на новое место жительства в Архангельск.

 С детства Владимир мечтал ходить в море, но его отец, начальник транспортного цеха судоремонтного завода «Красная Кузница», настоял на том, чтобы сын поступил в судостроительный техникум и потом пошел по его стопам.

 Когда началась война, Владимир Колпаков учился на первом курсе техникума. Памятный июньский день 1941 года перевернул всю жизнь. Очень скоро опустели магазины, в домах запасы еды закончились, наступил голод.

 Не окончив  и первого курса, Владимир Колпаков перешел в ремесленное училище, стал получать специальность судового машиниста. Там все же обеспечивали питанием и обмундированием. Во время практики работал на «Красной Кузнице», собирали аэросани для фронта.

 В сорок втором Владимир окончил училище и был направлен на военизированный морской буксир масленщиком. Надо было постоянно с тяжелой масленкой смазывать части машины, механизмы. Своего рода машинный юнга.

 Паренек освоился быстро и вскоре его, пятнадцатилетнего, назначили машинистом. Это был бывший английский буксир «Золотой петух», а в Архангельском военном порту он именовался «А-1». Машина большая, восмисотсильная, котел тяжелый, на угле. Трудно приходилось и машинистам, и кочегарам.

 Команда буксира «А-1» летом на Белом море водила лихтеры с разными стратегическими грузами, а на зиму переходили в Мурманск. В Кольском заливе работали с транспортами союзных конвоев, сопровождали суда в порт города. Военные годы были самыми тяжелыми. Немцы по несколько раз в день бомбили Мурманск, случалось  до семнадцати налетов. А метили все больше по порту, по судам конвоев. Город  был почти весь разрушен.

 – Как только раздавались сигналы воздушной тревоги, мы отводили пароходы подальше от причала, чтобы сохранить военные грузы. Что там творилось при налетах! Вой самолетов, свист и разрывы бомб, треск пулеметных очередей, грохот орудий с судов. Страшно и опасно даже на палубу показываться, хотя и было все это интересно мне, пацану, – вспоминает Владимир Александрович.

 Поврежденные бомбами суда буксирами быстро отводили на отмель, чтобы не затонули, и там их потом рабочие загружали на баржи.

 Еще до окончания войны юному машинисту пришлось перейти с буксира на военный  корабль – на лидер «Баку». Владимиру Колпакову исполнилось 18 лет, и он был призван на Северный  флот матросом машинной боевой части. Служил и на линкоре «Архангельск», участвовал после войны в перегоне в Шотландию и передаче союзникам этого корабля. Оттуда экипаж переправили на Черное море, где Владимир служил на эсминце «Ловкий», на линкоре «Новороссийск».

 После демобилизации в 1953 году юнга вернулся в Архангельск и поступил на работу машинистом в Арктическое морское пароходство. Несколько рейсов сходил в Арктику на пароходе «С. А. Леваневский».

 Окончив курсы механиков 3-го разряда, а затем 2-го разряда при Севгосрыбтресте, Владимир Александрович устроился в Архангельский траловый флот. Работал на траулере «Судак», затем ему поручили приемку нового рыболовецкого траулера «Анапа». Поработал на нем и был назначен подменным старшим механиком новых траулеров финской постройки. Через несколько лет получил постоянное судно – РТ-105 «Кемь». На нем и трудился до выхода на заслуженный отдых.

 По отзывам специалистов, Владимир Колпаков был очень крепким старшим механиком, считался одним из лучших в тралфлоте…